ОБЩЕСТВО ПАМЯТИ СВЯТЫХ ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ И АННЫ ТАНЕЕВОЙ В ФИНЛЯНДИИ RY.
Tsaariperhe

TSAARI NIKOLAI II ja ALEKSANDRA
ЦАРЬ ‒ ЭТО СИМВОЛ РОССИИ, РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА!








КОНТАКТЫ
PYHÄT KEISARILLISET MARTTYYRIT JA ANNA TANEEVA SUOMESSA MUISTOYHDISTYS RY.
Anna_ja_perhe



МОЯ РОДИНА – КАК Я ЕЁ ЛЮБЛЮ. НАДО БОГА БЛАГОДАРИТЬ ЗА ВСЁ!


Императрица Александра Фёдоровна, 1907 год

6 июня 2021 года исполняется 149 лет со дня рождения Государыни Императрицы Александры Федоровны.

Она родилась 25 мая 1872 года в Дармштадте в семье Принцессы Алисы и Принца Луи Гессен-Дармштадтского и была шестою из семерых детей. Её бабушка Виктория, была царствующей Королевой Англии. В кругу близких её называли просто Аликс, при нареченном имени Виктория Алекс-Елена-Луиза-Беатриса.


Hessen Family 1875

Пожалуй трудно найти человека, который был бы более оклеветан современниками, нежели Императрица Александра Федоровна. По прежнему, в наше время многие, в особенности потомки предателей Императора и России, в том числе и православные священники, живут сфабрикованной ложью: «Императрица дурно влияла на Царя, была истеричкой, немка, она погубила Россию».

По преждему гибель России приписывается Царю и Царице. Митрополит Псковский Тихон (Шевкунов) в марте этого года заявил, что последний Русский Император Николай II несет ответственность за Февральскую революцию 1917 года, поскольку был Верховным Правителем страны и не сумел разглядеть надвигавшейся угрозы.

«Первое лицо всегда повинно в тех бедах, которые обрушиваются на страну. Всегда!», — заявил священнослужитель во время дискуссии на YouTube-канале «Серафим». Так митрополит ответил на вопрос ведущего о политических качествах Царя. Он пояснил, что Николай II был прославлен в лице святых особым порядком — как страстотерпец, в связи с трагическими обстоятельствами гибели Царской семьи.

По мнению митрополита Тихона, за долгие 22 года своего правления Николай II «надоел» обществу, и «не смог увидеть этой кошмарной ситуации», хотя был порядочным и даже самоотверженным человеком. Роковую роль в судьбе Империи также сыграл «жуткий кризис аристократическо-дворянской Монархии. Правительство Николая II в первую очередь не справилось со взаимоотношениями с обществом. И это был крах», — заключил представитель РПЦ. И ни слова об истинной причине продолжающейся гибели России и вместе с ней и Русского народа, которая заключается в отсутствии покаяния в нарушении Соборной Клятвы верности роду Романовых. Царь не страстотерпец – он своей смертью явил Христоподражательный подвиг искупления греха отречения Русского народа.

Государыня, жившая и воспитанная в Великобритании в замке Балморал и Осборн-хаусе на острове Уайт, получила прекрасное образование. К пятнадцати годам она хорошо знала историю, литературу, географию, искусство, естественные науки и математику, владела немецким, английским, французским языками, была прекрасно знакома с классической литературой и была блестящей пианисткой. С юных лет она отличалась строгими принципами нравственности и чистоты.

Прибыв в Россию Александра Фёдоровна, оказалась в атмосфере неприятия.


«После смерти Александра III Вдовствующая Государыня очень неохотно оставила свои права. Она любила представительства и привыкла к ним. По сути дела, она их и не оставила, так как на всех Высочайших выходах она шла впереди Государыни Александры Федоровны. Когда Императорская семья прибывала к месту, на Высочайшем выходе вначале были Царь и его мать, а после этого Государыня с кем-либо из Великих князей. Этот порядок был, конечно, по воле Вдовствующей Государыни, но, однако, Государь ему послушно подчинялся. Отверженное положение, конечно же, не нравилось молодой Государыне, она пыталась скрыть свою горечь и старалась показать себя как можно более гордой и холодной, хотя слезы поневоле выступали на её глазах.

Свет одобрял порядок, не видя в этом ничего удивительного, — настолько большая была популярность, которой пользовалась Вдовствующая Государыня. Одним из последствий этого стало то, что в России образовалось два Двора: Двор Вдовствующей Государыни, который был более влиятельным, в него входили Великие князья и высший свет, и небольшой Двор Государыни с её несколькими верными приближенными, а также Государь, хотя и не всецело».

В итоге Именно Двор Марии Федоровны стал одним из пристанищ для тех, кто склонялся к измене Царю.

Великая княжна Ольга Александровна Романова так описывает взаимоотношения Царствующей и Вдовствующей Императриц:

«Из всех нас, Романовых, Аликс наиболее часто была объектом клеветы. С навешенными на неё ярлыками она так и вошла в историю. Я уже не в состоянии читать всю ложь и все гнусные измышления, которые написаны про неё. Даже в нашей семье никто не попытался понять её. Исключение составляли мы с моей сестрой Ксенией и тетя Ольга.

Мамá любила сплетни. Дамы её Двора с самого начала приняли Аликс в штыки. Было столько болтовни, особенно, по поводу ревнивого отношения Аликс к первенству Мамá. Мне-то хорошо известно, что Аликс не испытывала никакой зависти к Мамá, наоборот, её вполне устраивало, что главенствующее положение оставалось не за нею.

Согласно Законодательству Вдовствующая Императрица имела преимущество перед Царствующей Императрицей. Во время официальных приемов Мамá выступала первой, опираясь о руку Ники.

Разве могла Аликс быть счастливою? Но я никогда не слышала от неё и слова жалобы. Тот же Закон устанавливал, что Вдовствующая Императрица вправе надевать Фамильные драгоценности, а также драгоценности, принадлежащие Короне. Насколько мне известно, Аликс была довольно равнодушна к драгоценным украшениям, за исключением жемчуга, которого у неё было множество, но придворные сплетницы утверждали, будто она возмущена тем, что не имеет возможности носить все рубины, розовые бриллианты, изумруды и сапфиры, которые хранились в шкатулке Мамá. Трения возникали и по другим вопросам.

Мамá настаивала на том, что именно она должна подбирать фрейлин и статсдам для своей невестки. Щекотливым был и вопрос, касающийся нарядов. Мамá нравились броские, с отделкой платья, причем, определенных цветов. Она никогда не учитывала вкусы самой Аликс. Зачастую Мамá заказывала платья, но Аликс их не носила. Она прекрасно понимала, что ей идут платья строгого покроя.

Кстати, мой собственный гардероб зачастую приводил меня в ярость, хотя я, по существу, была равнодушна к своей одежде. Но, разумеется, я не имела права выбора, о чем бы ни шла речь. До чего я ненавидела всякую отделку! Больше всего мне нравилось льняное платье, которое я надевала, когда рисовала!».

Прекрасное образование в дальнейшем помогло Александре Фёдоровне в решении многих вопросов, которые видела и правильно решала их.

В 1900 году, осенью, находясь в Ливадийском Дворце, Император Николай II и Императрица Александра Федоровна неожиданно для себя столкнулись с множеством проблем, связанных с болезнью Царя и его самоизоляцией.


Александра Фёдоровна почти 1,5 месяца скрывала его от посторонних глаз, не доверяя его врачам, скупо передавая сведения о больном. Она самоотверженно проявляла заботу о Государе. Несмотря на своё болезненное состояние, Императрица стойко переносила и болезнь мужа и свою беременность и интриги вокруг Престолонаследия.

По её распоряжению все бумаги были адресованы на её имя, и она сама разбиралась «что и когда показать Царю».

Императрица в течение месяца самостоятельно управляла страной и достаточно компетентно справлялась с этими обязанностями. Об Александре Фёдоровне Государь Николай Александрович написал матери: «…Она была моим Ангелом-Хранителем и смотрела за мной лучше, чем всякая сестра милосердия».

«Государыня была врожденной сестрой милосердия, любила посещать больных и вносила с собой бодрость и нравственную поддержку. Раненые солдаты и офицеры часто просили её быть около них во время тяжелых перевязок и операций, говоря, что «Не так страшно», когда Государыня рядом.


Царственная Сестра милосердия

Я видела Государыню России в операционной, держащей наготове эфирные бутылки, обращающейся с хирургическим инструментом, помогающей в сложнейших операциях, принимая, не колеблясь, ампутированные руки и ноги.

Я видела её снимающую с раненых запачканную кровью одежду, которая была полна паразитов, терпящую тошнотворные запахи, не отступающей ни перед каким повседневным ужасом военного госпиталя. Я вытерпела много бедствий после моего пребывания сестрой милосердия, но это было незначительным по сравнению с тем, что видела в военных госпиталях. Однажды Государыня сказала мне, что вряд ли чем- либо она была так горда, как свидетельством, которое она получила по окончании курса сестёр милосердия. Окончили курсы также Великие Княжны Ольга и Татьяна и я.

Государыня обдумывала все свои действия и, скорее, с недоверием относилась к тем, кто к ней приближался; но чем проще и сердечнее был человек, тем скорее она таяла. Все, кто страдал, были близки её сердцу, и она отдавала всю себя, чтобы в минуту скорби утешить человека. Она лучше, чем Государь знала людей.

Я свидетельница сотни случаев, когда Императрица, забывая свои собственные недомогания, ездила к больным, умирающим или только что потерявшим дорогих близких; и тут Императрица становилась сама собой, нежной, ласковой матерью. И те, кто знал её в минуты отчаяния и горя, никогда её не забудут. Неподкупно честная и прямая, она не выносила лжи; ни лестью, ни обманом нельзя было её подкупить.

Особым утешением её была молитва; непоколебимая вера в Бога поддерживала её и давала душевный мир. «Никогда нельзя знать, что нас завтра ожидает», - говорила она и ожидала худшее. Молитва, повторяю, была её всегдашним утешением». Из воспоминаний А А. Танеевой.


«Не был оставлен без внимания Царицы и рабочий народ, для которого учреждались вспомоществовательные институты, питомники для грудных детей, дома и приюты для безприютных сирот, дома для безработных, престарелых, родовспомогательные учреждения, приюты для сумасшедших, библиотеки, читальни и разные учреждения, в которых получали посильную работу те, которые еще способны были трудиться.

Особенно любила Императрица, как любящая мать, заботиться о девочках-сиротках, устраивая для них школы и приюты». Из книги игумена Серафима (Кузнецова).

«Блистательное ли окно Дворца, слепое ли окошечко подвала – одно устремление мысли ввысь. Ни одной «фразы», ни одной позы, никогда о себе. Только обязанности, долг перед мужем-Царем, Наследником-сыном. Никогда перед людьми – всегда перед Богом. /.../ Трогательна была любовь Царских детей, прямое обожание родителей и взаимная дружба. Никогда не видел такого согласия в столь многочисленной Семье. Прогулка с Государем или совместное чтение считалось праздничным событием». Из воспоминаний И.В. Степанова «Милосердия двери».


На «Штандарте»

А.А. Танеева: «У Государыни были настолько тонкий вкус и художественное чутье, что даже директор Императорского фарфорового завода часто приносил Государыне на показ и усовершенствование готовые образцы или приходил за получением от Государыни новых идей.

Она не любила ни роскоши, ни блеска, была равнодушна к туалетам настолько, что камеристкам приходилось напоминать ей о заказах новых платьев. Она носила одно и то же платье годами, в военные годы она не заказала себе ни единой принадлежности туалета.

Своих детей она весьма строго воспитывала в нетребовательности. Одежда переходила от старших к младшим, совсем как в бедных буржуазных семьях; в финских шхерах Императорские дети часто носили скромные хлопчатобумажные платья. Если бы им довелось жить после революции, то они хорошо прожили бы в очень простых условиях.


1913 год

Государыня, которая распоряжалась сравнительно большими средствами на приобретение убранств, не использовала деньги на себя, а раздавала их бедным или жертвовала на благотворительные цели до такой степени, что часто оставалась без денег, когда действительно был нужен новый праздничный наряд.

Со своим обслуживающим персоналом Государыня обращалась всегда справедливо, но требовала от всех безусловной честности, возмущаясь даже незначительной неправдой. Она не умела притворяться, не могла улыбаться и разыгрывать себя приятной просто по привычке или по обязанности. Мой отец часто говорил, что чашка чая могла бы избавить от многого, — то есть, если бы Государыня устраивала больше приемов, меньше обособлялась, больше путешествовала бы по России, а прежде всего — улыбалась, тогда, пожалуй, её могли бы больше ценить.

Для обособленности Государыни были свои причины. Трагическая болезнь Наследника и болезнь сердца у самой Государыни почти сразу же после рождения сына повлияли так, что большие торжества при Дворе и приемы были ей непосильны. Она не в силах была стоять на них столь долгое время, как к тому обязывалось. Русских аристократов, которые хотели получить аудиенцию и быть представленными ей, было много, но из-за своей болезни Государыня не в состоянии была принять их. Действительную причину отказов публично не объявляли. Таким образом, Государыня невольно наносила обиду широкому влиятельному кругу.


1906 год

Александра Федоровна не любила помпезности и всякого рода церемониальные обязанности Двора; кроме того, её застенчивость часто вызывала слухи о её высокомерности. «Я не виновата, что застенчива. Я гораздо лучше чувствую себя в храме, когда меня никто не видит; там я с Богом и народом... мне тяжело быть среди людей, когда на душе тяжело».


Императрица Александра Фёдоровна и Анна Танеева

В заточении Царица тревожилась лишь о других. В конце мая 1917 года она писала А.В. Сыробоярскому (бывшему раненому из лазарета): «Пока живы и мы с нашими вместе – маленькая крепко связанная семья. … А вспомните тех, других, о Боже, как за них страдаем, что они переживают, невинные... Надо Бога вечно благодарить за все, что дал, а если и отнял, то, может быть, если без ропота все переносить, будет еще светлее. Всегда надо надеяться, Господь так Велик, и надо только молиться, неутомимо Его просить спасти дорогую Родину. Стала она быстро, страшно рушиться в такое малое время».

2/15 марта 1918 года, ровно через год после отречения Николая II, Государыня пишет Юлии Ден: «Я мысленно переживаю, день за днем, весь прошлый год, и думаю о тех, кого я видела в последний раз. Все время была здорова, но последнюю неделю сердце шалит и чувствую себя неважно, но это пустяки. Мы не можем жаловаться, у нас все есть, живем мы хорошо, благодаря трогательной доброте жителей, которые тайком посылают нам хлеб, рыбу, пироги и т.д.

Не безпокойтесь за нас, душка, нежно любимая. Вам всем плохо и Родине!!! Это больнее всего и сердце сжимается от боли – что в один год наделали. Господь допустил – значит, так и надо, чтобы поняли и глаза открыли на обман и ложь. … Вообще все больно, все чувства затоптаны ногами – так и полезно – душа должна расти и возвыситься над всем другим; ранено то, что в нас есть самого дорогого и нежного – разве не так? Вот мы и должны понять, что Бог выше всего и что Он хочет через наши страдания приблизить нас к Себе. Любите Его больше и крепче, чем всех и вся. Но моя Родина – Боже мой, как я люблю её всем моим существом, и её страдания причиняют мне настоящую физическую боль. … Народ безсилен, но с помощью Божией все возможно, и Он покажет Свою силу, мудрость и всепрощение и любовь – только надо верить, ждать и молиться».

А.А. Танеева: «В крушении Царской власти в России нельзя обвинять Государыню. Напротив, самая большая ответственность лежит на тех, кто пытался всеми средствами свалить ответственность на Государыню. Имею в виду, в частности, Великих Князей, которые затевали интриги против Императорской Четы.

Государыня хотела помочь своему мужу сохранить своё высокое положение и своё полномочие. По её мнению надо было сделать всё возможное, чтобы война оказалась, в конце концов, победной. Она не хотела даже и слушать тех, кто говорил, что Государю надо отказаться от своей Монаршеской власти.

Потом, когда отречение от Престола действительно произошло, было поразительно, как Государыня несла бремя изменившихся условий. Никто не слышал её жалующейся об утрате господствующего положения.

Многочисленные письма, которые ей удалось написать мне во время своего заключения, говорят об её исключительном спокойствии, с которым она приспособилась к злоключениям. Всё же, она была Государыней до последнего и я уверена, что она за всё время заключения не впала в безутешность.

Последняя Русская Императрица смиренно, как от руки Божией, перенесла поношения, лишения и страдания и приняла мученическую кончину в 1918 году. Старец Николай Гурьянов: «Страшная пытка продолжалась шесть часов, на глазах родителей пытали детей».

Протоиерей Фонченков: "В октябре 1967 г., накануне празднования пятидесятилетия октябрьской революции, мне снится Императрица Александра Федоровна в воздухе надо мною, говорящая о том, что над Россией будут "чары", до тех пор, пока Русский народ не признает их мученическую, исповедническую кончину как искупительную жертву во имя России и Русского народа. Её слова: " Мы растворились в Русской земле, не ищите нас, и пока Русская земля и Русский народ нас не прославят, над Россией будут"чары".

Русская Православная Зарубежная Церковь в 1981 году, спустя 64 года после убийства Царской Семьи, прославила её в мученическом лике святости, как убиенную по существу своему, антихристианской советской властью. К этому лику святости были отнесены и все православные христиане, принявшие смерть от представителей государственной власти в Советской России. (Протопресвитер Михаил Польский. Новые мученики Российские. — Джорданвилль: Т. I, 1943; Т. II, 1957).

Московская Патриархия, спустя 19 лет, в 2000 году канонизировала Царскую Семью в лике страстотерпцев, с формулировкой, что Царь и его Семья приняли смерть от своих политических противников. В то же самое время Великая Княгиня Елизавета, сестра Императрицы Александры Фёдоровны, а также члены Дома Романовых и близкие к ним люди, убиенные в Алапаевске, прославлены в лике мучеников.

В Чине канонизации Царской Семьи с самого начала была заключена ложь и лукавство. Была замолчана правда о добровольной и сознательной жертве, принесённой Царём Николаем II: «Если для спасения России нужна искупительная жертва, я буду этой жертвой. Да будет воля Божия!».

Кто же были «единоверные политические противники Царя», которые его убили? Не ими ли была оставлена каббалистическая надпись на стене подвала?

При канонизации Царской Семьи, характер ритуального убийства был отвергнут. Само ритуальное убийство для его сокрытия, подменили словом расстрел. «Страстотерпцы» и «расстрел» в дальнейшем дали основание для расследования «царских останков».

Прославление Царской Семьи МП в лике страстотерпцев удостоилось похвалы от ADL –подразделения еврейской антихристианской ложи Бнай Брит: «Антидиффамационная лига выражает надежду, что решение Русской православной церкви о канонизации Николая II и членов его семьи будет способствовать развенчанию бытующего среди определенной части верующих и священнослужителей антисемитского мифа о ритуальном характере убийства царской семьи. Для еврейской общины не может пройти незамеченным тот факт, что в процессе изучения возможности канонизации последнего императора комиссия РПЦ сняла с повестки дня вопрос о ритуальном убийстве... Очень важно, чтобы решение о канонизации в том виде, в каком оно было принято Собором, стало известно самому широкому кругу православных мирян и священнослужителей» ("Международная еврейская газета". 2000. № 30). Из книги Татьяны Мироновой «Из-под лжи».

Православный писатель Юрий Воробьевский и монахи Афона о лике святости Царской Семьи: «В Покровском храме Пантелеимонова монастыря Лик Спасителя потемнел в день убийства Царской Семьи. 5 ноября 1999 года во время службы Образ светлел в течение нескольких минут. Говорили, что обновиться Образу суждено в день прославления Царской Семьи.

После прославления Царской Семьи в лике страстотерпцев, Образ Спасителя не обновился! Согласно словарю протоиерея Дьяченко, страстотерпец - это человек, претерпевший от ближних, от своих единоверцев. А Царскую Семью убили нехристиане. Духовный смысл канонизации был явно подменен, Соборного покаяния не произошло.

Подготовила Людмила Хухтиниеми.

06.06.2021