ОБЩЕСТВО ПАМЯТИ СВЯТЫХ ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ И АННЫ ТАНЕЕВОЙ В ФИНЛЯНДИИ.
TSAARI NIKOLAI II ja ALEKSANDRA
PYHÄT KEISARILLISET MARTTYYRIT JA ANNA TANEEVA SUOMESSA MUISTOYHDISTYS RY.



Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих.
(Ин 15:13)

АЛЬБОМЫ АННЫ
АЛЕКСАНДРОВНЫ ТАНЕЕВОЙ


АЛЬБОМЫ АННЫ АЛЕКСАНДРОВНЫ ТАНЕЕВОЙ



ПОМОГИТЕ ВОССТАНОВИТЬ СВЯТЫЕ ЦАРСКИЕ МЕСТА!

КОНТАКТЫ







НАШИ ДРУЗЬЯ - MEIDÄN YSTÄVÄT





…ИМ НУЖНЫ ВЕЛИКИЕ ПОТРЯСЕНИЯ, НАМ НУЖНА ВЕЛИКАЯ РОССИЯ!


        «Как в себе не зажигай конститyционализм, ему в России помешает сама Россия, ибо с первым днем конституции начнется конец единодержавия, а конец самодержавия есть конец России».
        (Князь В.П. Мещерский).

        «Мы, нижепоименованные, обещаем пред Всемогyщим Богом исполнять возложенные на нас обязанности членов Государственной Думы по крайнему нашему разумению и силам, храня верность Его Императорскому Величеству Государю Императору и Самодержцу Всероссийскому и памятуя лишь о благе и пользе России, в удостоверение чего своеручно подписуемся».
        (Присяга, дававшаяся депутатами «при вступлении в Думу»).
        
        «С пламенной верой в светлое будущее России, я приветствую в лице вашем тех лучших людей, которых я повелел возлюбленным моим подданным выбрать от себя. Трудные работы предстоят вам. Верю, что любовь к Родине, горячее желание послужить ей воодушевят и сплотят вас».
        Государь выразил надежду, что депутаты отдадут «все свои силы на самоотверженное служение Отечеству, для выяснения нужд столь близкого моему сердцу крестьянства, просвещения народа и развития благосостояния, памятуя, что для духовного величия и благоденствия государства необходима не одна свобода, необходим порядок на основе права».
        (Из речи Николая II к депутатам при открытии Государственной Думы 27 апреля 1906 г.).
        
        Революционеры восприняли Манифест 17 октября 1905 г. как свою победу, демонстранты с красными флагами рвали Царские портреты в городских зданиях, устраивали сборы «на гроб Николаю II», призывали народ к дальнейшей борьбе.
        Однако реакцией на Манифест стали и «обратные инциденты» - против революционеров поднялись толпы, одушевленные, по выражению П.А. Столыпина, «оскорбленным, хотя и дико патриотическим чувством».
        По всей стране прокатилась народная антиреволюционная волна; впоследствии названная «выступлением черной сотни», «волной погромов». Фактически в России шла гражданская война. Крайние партии решили дать власти генеральный бой - организовать всеобщую забастовку, переходящую в вооруженное восстание, рассчитанное на присоединение войск.
        В воззвании, названном «приказ о революции», которое подписали партии эсеров, социал-демократов, московский и петербургский Советы Рабочих депутатов и почтово-телеграфный и железнодорожный союзы, говорилось: «Про¬летариат /.../ не прекращает стачки до тех пор, пока все местные власти не сдадут своих полномочий выбранному от местного населения органу временного революционного управления».
        Количество террористических актов по всей стране росло неимоверно, убивали не только высших представителей власти - министров, генерал-губернаторов, старших чинов армии, но даже простых городовых.
        
        «Царство русское колеблется, шатается, близко к падению. Отчего же столь великое, бывшее столь твердым, могущественным и славным прежде Царство Русское ныне так расслаблено, обессилело, уничижилось, всколебалось?
        Оттого, что оно сошло с твердой и непоколебимой основы истинной веры и в большинстве интеллигенции отпало от Бога, Который Один есть непоколебимая во веки вечная держава, Коим твердо держатся в дивной гармонии небо и земля столько веков. Вот отчего Царство наше колеблется...
        Если в России так пойдут дела и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвергнуты праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие и за свои беззакония».
        (Св. прав. Иоанн Кронштадтский, 1907 г.).
        
        «Откуда эта анархия, эта революция, этот социализм, эта нелепая коммуна, эти забастовки, разбои, убийства, хищения, эта общественная безнравственность, этот царящий разврат, это огульное пьянство? - От неверия, от безбожия.
        И потому, если правительство или собирающаяся государственная Дума хотят водворить порядок в государстве и уважение к законам, повиновение к правительству, мир и безмятежье, разумный и полезный труд,
        они должны обуздать безнравственную печать, воспламеняющую все страсти, и обратить самое заботливое внимание на воспитание юношества и внушить ему, его гордым наставникам и интеллигенции собственным примером должное уважение к вере и Церкви и к заповедям Евангелия...
        Как хитер и лукав сатана! Чтобы погубить Россию, он раздул в ней безверие и разврат чрез злонамеренных писателей и учителей, чрез русские средние и высшие школы и чрез так называемую интеллигенцию. На почве безверия, слабодушия, малодушия и безнравственности совершается распадение государства.
        Без насаждения веры и страха Божия в населении России она не может устоять. Скорее с покаянием к Богу! Скорее к твердому и непоколебимому пристанищу веры и Церкви!»
        (Из проповеди св. прав. Иоанна Кронштадтского, Неделя Православия, 1906 г.).
        
        «Гонения на Церковь Христову в России начались еще до захвата власти богоборцами. Уже с 1905 года в газетах стали появляться сообщения о первых жертвах грядущего гонения. В Ялте, в 1905 г., за бесстрашные обличения царивших тогда в городе революционных настроений, в своем доме, на глазах у жены и трех малолетних сыновей, был заколот кинжалами о. Владимир Троепольский. Его последние слова, обращенные к убийцам, были: «Бог простит!»
        В селе Городищи Царицынской обл. 30 ноября 1906 г., также в своем доме, был убит священник о. Константин Хитров. Убийцы не пощадили никого из его домашних: о. Константин, его матушка, пятилетний сын Сергей и малолетний Николай, все были найдены с проломленными черепами.
        В 1910 г. в Тифлисе был убит экзарх Грузии архиепископ Никон. Эти первые жертвы по сравнению с тем, что суждено было перенести русской Церкви позднее, являлись как бы маленькими царапинками на ее теле. С приходом власти большевиков она уже вся обагрилась кровью мучеников».
        (Монахиня Таисия, «Жития святых. 1000 лет русской святости», 1983 г.).
        
        «Исполнение долга и твердую волю проявил Государь осенью 1905 г. Во время войны Япония тратила крупные средства на поддержку революционного движения в России. После окончания войны революционеры начали устраивать железнодорожные и другие забастовки. Беспорядок вызывали стихийно ринувшиеся из Манчжурии запасные солдаты.
        Либеральная общественность усилила натиск против правительства. Государь, во избежание при принятии решительных мер кровопролития, надеялся внести успокоение установлением народного представительства. Во главе нового правительства он поставил графа С. Ю. Витте, представившего ему в октябре соответствующий доклад и считавшегося любимцем либеральных кругов.
        Левыми решение это было понято как доказательство слабости власти. Беспорядки усилились. Вспыхивали бунты во флоте и в некоторых военных частях. Витте, способный министр финансов, оказался слабым главой правительства, окончательно растерявшимся при развитии революционного движения.
        В создавшемся тогда Совете рабочих депутатов видную роль играл Бронштейн-Троцкий, Через три недели Государь вполне разобрался в обстановке. 10 ноября 1905 г. он писал Императрице Марии Феодоровне в Копенгаген о заседании Совета министров под его председательством:
        «У меня каждую неделю раз заседает Совет министров. Говорят много, но делают мало. Все боятся действовать смело, мне приходится всегда заставлять их и самого Витте быть решительнее. Никто у нас не привык брать на себя, и все ждут приказаний, которые затем не любят исполнять».
        Убедившись в беспомощности Витте, Государь сам стал у правительственного руля и повел государственный корабль через взбаламученное море. Имея ценного помощника в лице министра внутренних дел П. Н. Дурново и опираясь на верные воинские части, он приказал навести порядок в Сибири, в Прибалтийском крае, в Москве во время вспыхнувшего там, в декабре восстания. Арестован был в Санкт-Петербурге Совет рабочих депутатов, потом судимый. Крепкою Волею Государя в течение нескольких месяцев порядок был восстановлен».
        (Н.Д. Тальберг, «Светлой памяти возлюбленного Государя»).
        
        В условиях небывалого разгула терроризма Государю необходим был человек, способный предпринять беспощадную борьбу с кровавыми и насильственными проявлениями революции и одновременно провести необходимые реформы. Ион нашел его в лице одного из самых выдающихся русских государственных деятелей - П.А. Столыпина, человека большого личного мужества, способного быстро и решительно предпринимать необходимые меры, опытного администратора и - искренне преданного ему убежденного Монархиста и глубоко верующего человека.
        11 июля 1906 г. Петр Аркадьевич был назначен премьер-министром с сохранением поста министра внутренних дел. 12 августа было совершено первое покушение на нового председателя Совета Министров. На его даче на Аптекарском острове два террориста в жандармской форме взорвали бомбы
        большой мощности. 27 человек, находившихся в приемной, погибли, З2 было ранено (шестеро позже скончались), обломками камней тяжело ранило 14-летнюю дочь Столыпина (она лишилась ног) и трехлетнего сына.
        На следующий день, 1З августа, пятью выстрелами из револьвера на вокзале был убит генерал Г.А. Мин, предотвративший кровопролитие в Петербурге в октябре 1905 г. и окончательно подавивший в декабре Московское восстание.
        25 августа в газетах появились одновременно два знаменитых документа: обширная программа правительственных мер и закон о военно-полевых судах, вводящий особые суды из офицеров, ведавшие делами, где преступление было очевидным. Предание суду происходило в течение суток после убийства или вооруженного грабежа, разбор дела длился около двух суток, приговор приводился в исполнение в 24 часа. Это была суровая мера, но необходимая: только за 1906 г. было убито 768 и ранено 820 представителей и агентов власти. Грань между политическими и уголовными убийствами почти полностью стиралась - шайки грабителей, убивая полицейских и похищая крупные денежные суммы в банках, почтовых конторах и т. п., заявляли, что это делается «для нужд
        революции», и случалось, что удачливые экспроприаторы не сдавали награбленное в партийную кассу, а скрывались с добычей.
        За все время действия военно-полевых судов по их приговорам было казнено 68З человека - намного меньше числа жертв терактов. В речи на открытии II Думы П.А. Столыпин выразил надежду, что Россия «сумеет отличить кровь на руках палачей от крови на руках добросовестных врачей, которые применяли, быть может, самые чрезвычайные меры, но с одним упованием, с одной надеждой - исцелить труднобольного». Благодаря жестким мерам к началу 1907 г. революция была подавлена.
        
        «12 августа. Суббота. ...Узнал о взрыве в доме Столыпина, он, слава Богу, остался невредим, но сын и дочь его ранены. Много убитых и раненых, полдома разрушено.
        13 августа. Воскресенье. В 11 час. поехали к обедне... Вечером на станции в Нов. Петергофе убит добрый Мин, командир Семеновского полка.
        14 августа. Понедельник....В 8 час. поехали в Лущино на дачу семейства Мин - на панихиду. Больно и грустно смотреть на их горе».
        (Из дневника Государя, 1906 г.).
        
        «Если бы нашелся безумец, который в настоящее время одним взмахом пера осуществил бы политические свободы России, то завтра же в Петербурге заседал бы совет рабочих депутатов, который через полгода своего существования вверг бы Россию в геенну огненную».
        (Из речи П. А. Столыпина в Государственной Думе, 1910 год).
        
        «Либеральные реформы возможны в России лишь при ужесточении режима».
        (П.А. Столыпин).
        
        «Противникам государственности хотелось бы избрать путь радикализма, путь освобождения от исторического прошлого, освобождения от культурных традиций. Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия!»
        (Из речи П.А. Столыпина в Думе 10 мая 1907 г.).
        «Я тебе не могу сказать, как я его (П.А. Столыпина - сост.) полюбил и уважаю. Старик Горемыкин дал мне добрый совет, указавши на него. И за то спасибо ему».
        (Из письма Государя к матери, 1906 г.).
        
        «Вероятно, ты читаешь в газетах о том, что делается, или скорее болтается в Думе. Престиж правительства высоко поднялся, благодаря речам Столыпина, а также Коковцева (министра финансов - сост.). С ними никто в Думе не может сравниться, они говорят так умно и находчиво, а главное - одну правду».
        (Из письма Государя Николая Александровича к матери, 20 марта 1907 г.).
        
        «Теперь, когда стало покойнее, дворянство начало жаловаться на разные нововведения и реформы, но спрашивается: как и чем оно помогло правительству в страшную осень 1905 года? Ровно ничем. Все попрятались и присмирели, думая, что настал конец».
        (Из письма Государя Николая Александровича к матери, март 1908 г.).

Православный календарь 2010. Царственные страстотерпцы.

© Copyright www.tsaarinikolai.com