ОБЩЕСТВО ПАМЯТИ СВЯТЫХ ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ И АННЫ ТАНЕЕВОЙ В ФИНЛЯНДИИ RY.
TSAARI NIKOLAI II ja ALEKSANDRA
ЦАРЬ ‒ ЭТО СИМВОЛ РОССИИ, РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА!

PYHÄT KEISARILLISET MARTTYYRIT JA ANNA TANEEVA SUOMESSA MUISTOYHDISTYS RY.



Нет больше той любви, как если кто положит
душу свою за друзей своих.
(Ин 15:13)




НАШИ ДРУЗЬЯ - MEIDÄN YSTÄVÄT:



АЛЬБОМЫ АННЫ
АЛЕКСАНДРОВНЫ ТАНЕЕВОЙ


АЛЬБОМЫ АННЫ АЛЕКСАНДРОВНЫ ТАНЕЕВОЙ



ПОМОГИТЕ ВОССТАНОВИТЬ СВЯТЫЕ ЦАРСКИЕ МЕСТА!

PayPal

КОНТАКТЫ

«Наш род служил трем Царям, каждый день в нашем доме Царь упоминался почти как Богу равный. Наш отец подчеркивал важность для человека чувства долга и призывал нас во всех случаях жизни следовать голосу своей совести»



ОСУЖДЕНИЕ И ОБЛИЧЕНИЕ


Осужде́ние – уничижающее мнение, суждение о ближнем, пристрастно исследующее его недостатки. Осуждение считается видом гордости и рассматривается как один из тягчайших грехов.

Чем осуждение отличается от рассуждения?

Как следует из практики общего словоупотребления, понятия «рассуждение» и «осуждение» имеют различные смыслы.

Глагол «осуждать» означает — выказывать неодобрение, обнаруживать чью-либо виновность, выдвигать обвинительный приговор.

Глагол «рассуждать» хотя и может сближаться по смыслу со словом «обсуждать», а значит и «оценивать» кого-либо, в том числе в нравственном или юридическом отношении, или, что то же, «осуждать», однако в первую очередь всё же располагает к другой интерпретации: излагать суждения, строить умозаключения.

Несмотря на разницу в смыслах подмена этих понятий происходит настолько часто, что порой не вызывает удивления.

Пожалуй, едва ли не каждому христианину известно, что осуждение ближнего в ряде случаев может интерпретироваться как грех: «не судите, да не судимы будете» (Мф.7:1).

Тем не менее, многие всё же любят судить о других, «перемывать косточки», «копаться в грязном белье». Причём, достаточно часто это совершается в форме сплетен или праздной болтовни, «за спиной» того, кого, собственно, обсуждают.

Понимая, что осуждать (таким образом) — некрасиво, многие, избегая как суда своей совести, так и встречных осуждений со стороны окружающих, уверенно оправдываются утверждением: я не осуждаю, я всего лишь рассуждаю!

В каких же случаях, рассуждая о ближних, люди именно рассуждают, а в каких переходят границы дозволенного и вопреки правилу «не судите, да не судимы будете» (Мф.7:1) осуждают?

Для того, чтобы разрешить это недоумение, желающий «порассуждать» должен задаться (как минимум) двумя вопросами: какова цель предполагаемых рассуждений, и имеет ли он моральное право оценивать то или иное действие заинтересовавшего его человека?

Положим, Церковь не запрещает ставить оценку действиям ближнего в благих целях, например, с целью молитв о нём как о согрешившем, либо с целью его дальнейшего вразумления.

Однако и в таких случаях Святое Евангелие побуждает христианина сперва обратиться ко грешнику лично, открыто указать ему на его грех; затем, если тот всё же не вразумится, подойти к нему снова, взяв с собой одного или двух свидетелей; наконец, если и это не подвигнет грешника к покаянию, обратиться к нему от лица церкви.

Очевидно, что и призвание свидетелей, и обращение ко грешнику от лица церкви требует предварительного рассуждения, некоторого обсуждения его греха. Стало быть, такого рода рассуждения не только не запрещаются Божьим законом, но и предписываются (Мф.18:15-16).

Не противоречат канонам и рассуждения по поводу такого-то и такого-то грешника с третьими лицами, имеющее целью оградить эти лица от исходящей от грешника опасности, например, если он является раскольником или еретиком.

Правда, всё вышесказанное справедливо лишь для здравых, трезвых рассуждений.

Что касается вопроса о моральном праве на обсуждение того или иного грешника, здесь важно помнить о замечании, которое хотя и было озвучено 2000 лет тому назад, однако остаётся актуальным и сегодня: «что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазу не чувствуешь?» (Мф.7:3).

Разница в отношении к собственным грехам и ко грехам ближних бывает настолько разительной, что иногда думается, что приведённую выше метафору не только не следует считать риторическим преувеличением, но можно ещё и усилить.

И это понятно. Для борьбы со своими грехами требуется немало усилий, может быть даже духовных подвигов, а осуждая стороннего человека, легко выказать себя с самой лучшей стороны, мол, он — грешник, но коль скоро я его осуждаю, значит я — не такой. Ай да молодец!

Многие из нас бывают скоры на обсуждение чьих-то грехов, тогда как не уделяют надлежащего внимания своим, словно забывая о грозном Евангельском предостережении: «каким судом судите, таким будете судимы» (Мф.7:2). А зря.

«Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете», – сказал Спаситель (Лк. 6:37).

***

«Если бы мы даже не сделали никакого греха, то уже один этот грех (осуждение), мог бы свести нас в преисподнюю, – говорит св. Иоанн Златоуст, – Кто строго расследует чужие проступки, тот не получит никакого снисхождения к своим собственным, потому что Бог произнес суд соответственно не только свойству наших преступлений, но и по твоему суду о других… Не будем строго судить других, чтобы и у нас не потребовали строгого отчета, — мы сами обременены грехами, превышающими всякое помилование. Будем больше сострадать тем, которые грешат, не заслуживая снисхождения, чтобы и мы могли надеяться на такую же милость к себе; хотя, сколько бы ни старались, мы никогда не будем в состоянии оказать такое человеколюбие, в каком имеем нужду от человеколюбивого Бога. Поэтому не безрассудно ли, когда мы сами находимся в такой большой беде, строго разбирать дела своих собратий и вредить самим себе? Таким образом, ты не столько выставляешь его недостойным твоего благодеяния, сколько самого себя – недостойным Божия человеколюбия. Кто строго взыскивает со своего собрата, с того гораздо строже взыщет Бог».

***

«Слышал я о некоем брате, что когда он приходил к кому-либо из братий и видел келлию его невыметенною и неприбранною, то говорил в себе: блажен сей брат, что отложил заботу обо всём, или даже обо всём земном, и так весь свой ум устремил горе́, что не находит времени и келлию свою привести в порядок. Также если приходил к другому и видел келлию его убранною, выметенною и чистою, то опять говорил себе: как чиста душа сего брата, так и келлия его чиста, и состояние келлии согласно с состоянием души его. И никогда он не говорил ни о ком: сей брат нерадив, или сей тщеславен, но, по своему доброму устроению, получал пользу от каждого. Благий Бог да подаст нам благое устроение, чтобы и мы могли получать пользу от каждого и никогда не замечать пороков ближнего. Если же мы, по собственной нашей греховности, и замечаем или предполагаем их, то тотчас обратим помысл наш в добрые мысли. Ибо если человек не будет замечать пороков ближнего, то с помощию Божиею рождается в нём благость, которою благоугождается Бог».

Преп. авва Дорофей.

«Не будь судьей чужих падений. На них есть Судия праведный».

Свт. Василий Великий.

«(Христианин) подвергается тем же провинностям и порокам, за которые вздумал бы осуждать других. Следовательно, всякий должен судить только себя самого; осмотрительно, осторожно наблюдать за собой во всем, а не расследовать жизнь и поведение других… Кроме этого еще и потому опасно судить о других, что мы не знаем необходимости или причины, по которой они поступают так или иначе. Может быть, перед Богом правильно или извинительно то, чем мы соблазняемся. И мы оказываемся безрассудными судьями и этим допускаем нелегкий грех».

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин.

«Берегись осудить ближнего, поскольку он пред своим Господом стоит или падает, поскольку и сам ты – грешник. И праведнику судить и осуждать никого не следует, тем более грешнику – грешника. И судить людей – дело одного Христа: Ему Небесный Отец передал Суд, и Он будет судить живых и мертвых – этому Суду и сам ты предстоишь. Берегись же похитить себе сан Христов – это весьма тяжко – и судить подобных тебе людей, чтобы с этим мерзким грехом не явиться на Суд Божий и не быть справедливо осужденным на вечную казнь».

Святитель Тихон Задонский.

«Если бы вы знали, что значит: «милости хочу, а не жертвы», то не осудили бы невиновных» (Мф. 12:7). Итак, чтобы избавиться от греха осуждения, надо возыметь милостивое сердце. Милостивое сердце не только не осудит кажущегося нарушения закона, но и очевидного для всех. Вместо суда оно воспримет сожаление и скорее будет готово плакать, нежели укорять. Действительно, грех осуждения есть плод немилостивого сердца, злорадного, находящего услаждение в унижении ближнего, в очернении его имени, в попрании его чести. Дело это – дело человекоубийственное и творится по духу того, кто есть человекоубийца искони. Там бывает много и клеветничества, которое из того же источника, ибо диавол потому и диавол, что клевещет и всюду распространяет клевету. Поспеши возбудить в себе жалость всякий раз, как придет злой позыв к осуждению. С жалостливым же сердцем обратись потом с молитвою к Господу, чтобы Он всех нас помиловал, не только того, кого хотелось осудить, но и нас и, может быть, больше нас, чем того, – и замрет злой позыв».

Св. Феофан Затворник.

Нужно обратить душевное око от рассмотрения чужих погрешностей на свои собственные и приучать язык говорить строго не о ближних, но о себе самом, ибо плодом этого бывает оправдание.

Преподобный Исидор Пелусиот.

Нет плохих людей на свете, а есть больные души, жалкие, подверженные греху. За них надо молиться, им нужно сочувствовать.

Прпмч. Митрофан Сребрянский.

***

Из воспоминаний об архим. Серафиме (Тяпочкине):

Ему совершенно чуждо было осуждение. Если кто-либо приходил к нему с жалобой на ближнего, начинал подробно рассказывать о происшедшем и о своем обидчике, батюшка учтиво останавливал, но так, чтобы не оскорбить говорившего, и призывал помолиться за обидчика. Тут же все смущение рассеивалось, обида утихала. Достигал он этого тем, что, молясь, внутренне оставался спокойным, невосприимчивым ко всему плохому, чуждому его душе, по слову заповеди Христовой: «блаженны миротворцы, яко они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9).

ОБЛИЧЕНИЕ


Обличе́ние – указание человеку, группе людей, народу на совершение им греха и объяснение или акцентирование внимания на пагубности такой практики.

Обличение должно быть связано с состраданием и любовью к человеку, обличению должна предшествовать молитва, целью обличения должно быть исправление греха самим грешником или предупреждение от подобного поведения окружающих.

Священник Александр Любимов.

Грань между обличением и осуждением проходит там, где разделяются грех и добродетель. Путаем мы обличение и осуждение по той причине, что, как правило, не знаем, что такое правильное обличение, и говорим обычно лишь об осуждении. Обличать должно с любовью… Делать это можно только конкретно, ответственно, обоснованно, и притом так, чтобы это вело к исправлению, и вообще имело благие последствия…

Здравое обличение является абсолютной необходимостью для нормальной жизни, как отдельного человека, так и общества в целом. Осуждение же всегда является злом… Осуждая других людей, человек поступает по своей злобе и другим страстям. Если же он осуждает зло в себе – то это ведет его к покаянию и вере… Если мы, не обращая внимания на собственное зло, обличаем его в других – то свидетельствуем этим лишь о собственном лицемерии (Матф. 7:5). Именно оно и подменяет обличение осуждением. Собственно, осуждение людей и является мнимой борьбой с внешним злом, на которую подвигает человека его собственное внутреннее зло.

Обличение же должно исходить из желания побеждать зло добром (Рим. 12:21). Однако прежде чем рассуждать об обличении других, каждому из нас надо задуматься о том, отношусь ли я сам к разумным, которые с благодарением принимают обличение, или к нечестивым, которые получают лишь раны, и не имеют в сердце ничего, кроме ропота и озлобления (Притч. 9:9)? Всех нас постоянно обличает сам Господь – через нашу совесть, и через те внешние скорби, которые попускаются нам праведными судами Божиими. Они попускаются как естественные последствия наших грехов, и являются, таким образом, обличением и вразумлением от Господа. Именно о том, чтобы нам самим иметь достаточно благочестия и мудрости, чтобы принимать праведное обличение от Господа, и с благодарением нести свой крест, мы и должны позаботиться в первую очередь. Без этого наши рассуждения об обличении других будут лишь свидетельством нашего лицемерия и злобы.

Священник Александр Краснов.

Осуждение и обличение – два понятия, между которыми очень часто ставится знак равенства, подразумевая, что они несут один нравственный смысл. Но так ли это? О грехе и пагубности осуждения знает каждый. Слова Христа: «Не судите, да не судимы будете…» (Мф. 7:1) цитируют даже не открывавшие Евангелие. Гораздо реже мы вспоминаем другие слова Спасителя – об обличении согрешившего и о том, как это «делать не согрешая самому: вначале – один на один, потом при одном – двух свидетелях, а уж не послушает… скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе как язычник». (Мф. 18, 15-17.). Так что это, противоречие? Отнюдь. Слово «суд» наиболее часто в писании используется в смысле определения, постановления, приговора (Ис. Н. 24:25. Суд. 4:5; 13:12. 2Ц. 26:6 и т.д.).

Следовательно, осуждение – есть вынесение этого определения или приговора. Обличение же является открытием, доказательством, и доказательством твердым и неоспоримым (Евр. 1:1). Несколько отвлеченно это можно представить себе так: один человек говорит: «На улице очень плохая погода, все грязно и мерзко от идущего дождя», а другой: «На улице идет дождь». Понятно. И если осуждение ближнего, как сугубо личное мнение, большей частью, ошибочное и глупое, как все не рожденное любовью и не согласное со Словом Божиим, является разрушителем бытия, то без обличения нормальное течение жизни невозможно. Приведу такой пример – с автодорог убраны знаки предупреждения о ямах, поворотах и т. п., результат такого действа не заставит себя ждать и понятен каждому.

Исходя из важности обличения, Апостол Павел и говорит своим ученикам: «Увещевай и обличай со всякой властью» (Тит. 2:15; 1Тим. 5:20; 2Тим. 4:2). Но если о яме на дороге всякий может предупредить, то обличение в духовной жизни – вещь весьма не простая и даже опасная. Господь дал необходимое предупреждение: «Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить». (Мф. 7:2). Побудительными мотивами могут быть только ревность к Славе Божией и любовь к ближнему. Поэтому, Апостол призывает обличать грехопадения людские только тех, чья святая жизнь во Христе ему была известна. Блаженный Феофилакт сравнивает обличение с хирургической операцией – с резанием (Толк. на «К Тит» 2:15) после которого требуется и мягкое врачевание пластырем молитвы. Называет Святитель и сугубые грехи, нуждающиеся в таком крайне сильном врачевании: «…прелюбодеяние, воровство, хищничество, волшебство». (Толк. «К Тит. 2:15). Сами Апостолы обличали. (Фил. 3:18, 2Фес. 3:2, Тит. 4:14).

Обличали и Святые Отцы. Скажем, Святитель Николай и св. Спиридон Тримифундский обличали арианство. Папе Мартину (Ап. 14) еретики-монофизиты и язык вырезали не вынеся обличений святаго мужа. Преп. Иов Почаевский (Ав. 28, Ок. 28) всю жизнь боролся обличением с католицизмом и униатством. И эти примеры можно продолжать до бесконечности от мучеников первых веков до мучеников последних лет. Практически у всех православных богословов есть творения или часть их, имеющие обличительный характер.

https://azbyka.ru/