СМИРЕНИЕ СВЯТЫХ

 

 

АРХИМАНДРИТ КЛЕОПА (ИЛИЕ)

 

http://www.pravoslavie.ru/sas/image/100366/36625.p.jpg

Брат: Я бы еще спросил вас, преподобный отче, если вы не рассердитесь.

Старец: Не рассержусь, брат Иоанн, спрашивай все что хочешь.

Брат: Преподобный отче, а разве у святых было смирение?

Старец: Об этом, брат Иоанн, думаю, излишне и спрашивать. Но поскольку ты подумал о них, то знай, что от начала мира и доныне, кроме прочих своих добродетелей, они имели и смирение. Потому что без этой великой добродетели никто не смог стяжать спасения, и нет другой двери, кроме двери смирения, через которую кто-нибудь смог бы войти в Царство Небесное. Потому святой Иоанн Лествичник и назвал смирение дверью Царства Небесного[1]. А для закрепления сказанного доселе я приведу тебе несколько свидетельств из Священного и Божественного Писания.

Начнем со святого и блаженного патриарха Авраама. Он был великий святой и большой друг Божий (см.: Быт. 15: 6; Иак. 2: 23), ради веры своей. Ибо он был столь послушлив Богу, что, получив от Него повеление, поспешил принести в жертву единственного сына своего, Исаака (см.: Быт. 2: 110). Потому ради таковой его правой веры и ради совершенного послушания Бог благословил его, чтобы род его умножался на земле, как звезды небесные и как песок морской, и чтобы через него были благословлены все народы земли (см.: Быт. 15: 5; 22: 1718). И много раз он удостаивался говорить с Богом и спрашивал Его о погублении Содома и Гоморры (см.: Быт. 18: 2033). И вот, сподобившись такой благодати и таких благословений Божиих, блаженнейший патриарх Авраам не превознесся в сердце своем, но с великим смирением исповедуется пред Богом и считает себя прахом и пеплом (см.: Быт. 18: 27).

Однако не только в преблаженном Аврааме мы видим смирение, но и в потомках его. Например, в Исааке, сыне его, который явил великое смирение и послушание, неся на плечах своих дрова, на огне которых он сам должен был быть принесен в жертву Богу (см.: Быт. 22: 6). И через это послушание и смирение он стал прообразом Сына Божия, несшего на плечах Своих древо Креста, на котором Он принес Себя в Жертву для искупления всего рода человеческого.

Многое смирение мы видим и у внука Авраама, блаженного патриарха Иакова, тайнозрителя Божественных таинств, который был назван и Израилем, то есть избранным Божиим (см.: Быт. 32: 28), ибо и его слышим смиряющимся и говорящим, что он недостоин щедрот и благодеяний Божиих (см.: Быт. 32: 10).

Великое смирение видим и у Иосифа, прекрасного и премудрого. Ибо, будучи продан в рабство братьями своими (см.: Быт. 37: 2728), он не воспротивился им. А позднее, когда он растолковал сон фараона, то не похвалился своей мудростью и благодатию, данной от Бога, но сказал: Не я, но Бог даст ответ для спокойствия фараона (ср.: Быт. 41: 16). А когда Бог превознес его в великую славу и поставил начальником над всей страной Египетской и когда братья, продавшие его, пришли, чтобы купить пшеницы, он не только не возгордился и не отомстил им в злобе, но и принял их с великой любовью и порадовал большими дарами (см.: Быт. 45: 118).

Великое смирение имел и досточудный и перенесший большие испытания Иов, который, увидев Бога, называет себя прахом и пеплом (см.: Иов. 42: 56).

Смирение видим еще и у Моисея, который удостоился видеть Бога в пламени огня, когда купина горела и не сгорала (см.: Исх. 3: 23), и который был послан вызволить народ Израиля из рабства фараону. Однако он ради видения Бога и ради своего призвания и избрания не превознесся умом, но, считая себя совершенно недостойным такого призвания, говорит со смирением: кто я, чтобы мне идти к фараону, царю Египетскому, и вывести из Египта сынов Израилевых? (ср.: Исх. 3: 11). И даже исповедует свою немощь пред Богом, говоря, что он косноязычен и непригоден для столь великого служения (см.: Быт. 4: 10), и просит Бога послать другого вместо него.

Великое смирение мы видим и у тех трех отроков, что были уведены в рабство в Вавилон вместе с пророком Давидом и народом израильским. Они, хоть и были царского рода, жили в воздержании и девстве и питались одними овощами (см.: Дан. 1: 16). А когда увидели преславное чудо, совершенное Богом над ними, когда Он сохранил их невредимыми посреди огня в печи, раскаленной в семь раз более обычного (см.: Дан. 1: 19), то не вознеслись умом из-за этого преславного чуда и избавления своего, но с великим смирением сочли себя постыдными, и позорными, и недостойными раскрыть уст своих и славославить Бога, как написано: И ныне мы не можем открыть уст наших; мы сделались стыдом и поношением для рабов Твоих и чтущих Тебя (Дан. 1: 33). Затем, молясь, они говорят: Но в кротости и сокрушении духа да будем Тобою приняты (ср.: Дан. 1: 39).

Великое смирение видим также и у святого и праведного Гедеона, который, будучи послан Богом через Ангела избавить Израиль из рук мадианитян, говорит Ангелу: Господи! как я спасу Израиля? вот, и племя мое в колене Манассиином самое бедное, и я в доме отца моего младший (Суд. 6: 15).

Также святой и божественный царь и пророк Давид с великим смирением уничижает себя, называя себя скотом и червем и говоря: я скот пред Тобою (ср.: Пс. 72: 22), а в другом месте: Я же червь, а не человек, поношение у людей и презрение в народе (Пс. 21: 7).

Также и сын Давида знаменитый и мудрый Соломон смиряется пред лицем Бога, называя себя отроком малым и глупым (ср.: 3 Цар. 3: 7).

Так и великий пророк и ревнитель Божий Илия Фесвитянин, тот, кто дышал огнем, тот, кто горячей своей молитвой заключил небо, так что оно не давало дождя три года с половиной (см.: Лк. 4: 25), и так же молитвой и жертвой разверз небо, и выпал дождь на землю (см.: 3 Цар. 18: 4145), тот, кто трижды низводил огонь с неба (см.: 3 Цар. 18: 3638), кто молитвой воскрешал мертвых (см.: 3 Цар. 17: 19), кто разделил воды Иордана милотью своей (см.: 4 Цар. 2: 8) и вознесся на небо на колеснице, запряженной конями огненными (см.: 4 Цар. 2: 11), он, после стольких свершений, с великим смирением молился Богу и говорил: довольно уже, Господи; возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих (3 Цар. 19: 4).

Также и Иосия, царь Израильский, о котором Божественное Писание говорит, что он совершал дела благие и угодные Богу и во всем ходил путем Давида, отца своего, не уклоняясь ни направо, ни налево (см.: 4 Цар. 22: 2), и его видим весьма смирившимся пред Богом, за что он и принял обетование мира и благословение от Бога (см.: 4 Цар. 22: 1920).

Великое смирение имел и святой пророк Исаия. Он, удостоившись увидеть славу Божию и Серафимов, предстоящих Богу, не превознесся сердцем ради этих великих и преславных откровений, но крайне смирил себя и с великим страхом произнес: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами, и живу среди народа также с нечистыми устами, и я видел Бога Саваофа! (ср.: Ис. 6: 5).

И пророк Иеремия, этот избранник Божий, освященный для пророчества еще во чреве матери своей, явил великое смирение, когда сказал Богу: о, Господи Боже! я не умею говорить, ибо я еще молод (Иер. 1: 6).

Великим смирением был украшен и Даниил пророк, муж желаний, исполненный благодати Божией. Ибо, будучи спрошен Навуходоносором, царем Вавилонским, может ли он разгадать сон, виденный им, и тотчас же растолковать его, он, пересказав царю сон и растолковав его, сказал с великим смирением: мне эта тайна была открыта не потому, чтобы я был мудрее всех живущих, но чтобы царю было дано разъяснение и чтобы ты мог узнать помышления сердца твоего (ср.: Дан. 2: 30).

Снова видим превосходящее все великое смирение того, кто стал вершиной пророков, великого Предтечу и Крестителя Христова, который, по свидетельству Самого Господа, был самым великим человеком среди рожденных женами и был больше, чем пророк (см.: Мф. 11: 911; Лк. 7: 26). Он, насколько превзошел по дару Божию и святости жизни своей других пророков и праведников, настолько большее смирение явил пред людьми и Богом. Ибо приходящим к нему креститься он говорил, умаляя себя: Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня, и я недостоин развязать ремень обуви Его (ср.: Мф. 3: 11; Мк. 1: 7).

Видишь, как велико смирение святого и божественного Предтечи и Крестителя Господа Христа? Ни один слуга, каким бы негодным он ни был и как бы ни презирал его хозяин его, все же не стал бы считать, что не может сделать даже этого развязать ремень обуви его, то есть послужить своему хозяину, когда тот захочет снять обувь свою. А божественный и великий пророк Иоанн даже эту смиренную услугу не считал себя достойным оказать своему Хозяину, Христу. Поистине, где преизбыточествовала благодать, там и смирение преумножилось.

В законе благодати кто не удивится величайшему смирению блаженного и всехвального апостола Павла, сосуда избранного (см.: Деян. 9: 15), потрудившегося более всех апостолов и восхищенного до третьего неба (см.: 2 Кор. 12: 23)? Ибо после столь великих видений мы видим его смиряющимся и говорящим: я меньше всех апостолов и недостоин называться апостолом (ср.: 1 Кор. 15: 9). В другой раз он назвал себя непотребной грязью: я сделался сором для мира (ср.: 1 Кор. 4: 13), а в третий сказал: Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый (1 Тим. 1: 15). Видишь, брат Иоанн, насколько великий Павел по мудрости своей и трудам был выше других апостолов, настолько глубже он был по смирению ума.

 

Перевела с румынского Зинаида Пейкова.

 

 

Pravoslavie.ru